Пушкин с ранней юности был человеком увлекающимся, влюбчивым. Женская красота вызывала в нем неподдельное восхищение. Он отдавался своим чувствам со всей страстью и воодушевлением. Такими были и его стихи – страстными, пылкими, восторженными.

Удивительным по содержанию является стихотворение «Зимнее утро». Его можно отнести:

  • к любовной лирике, поскольку в нем незримо присутствует и лирический герой, и героиня;
  • к пейзажной лирике, поскольку стихотворение описывает зимнюю погоду;
  • в то же время это обращение к невидимой собеседнице, монолог.

Это стихотворение очаровательно, и оно знакомо многим русскоговорящим читателям. И какую строфу ни возьми, каждая из них удивительно легкая, живописная, вызывающая восторг.

Мороз и солнце; день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный —
Пора, красавица, проснись:
Открой сомкнуты негой взоры
Навстречу северной Авроры,
Звездою севера явись!

Одно из самых знаменитых стихотворений А.С. Пушкина – «Я помню чудное мгновенье», с легкой руки композитора Михаила Глинки превратившееся в великолепный романс.

Стихотворение было написано не позднее 19 июля 1825 года. Автограф был подарен Анне Петровне перед ее отъездом к мужу в Ригу, где был безвозвратно утерян. Примечательно, что романс был посвящен дочери Анны Петровны – Екатерине. Это восхитительное произведение даже сейчас, по прошествии двух веков, слушается на одном дыхании.

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.

Своеобразным бриллиантом в творчестве Пушкина, эталоном любовного признания служит стихотворное «Признание к Александре Ивановне Осиповой», созданное в 1826 году.

Александра Ивановна была падчерицей соседки Пушкина и владелицы села Тригорское, где он был желанным гостем. Если письмо Татьяны к Онегину могло служить эталоном признания для девушек, то «Признание Александре Ивановне» могло стать образцом любовного признания для мужчин. Это литературное произведение было опубликовано в мае 1837 года в «Библиотеке для чтения». Стихотворение, написанное в элегическом жанре, наполнено экспрессией, динамизмом, которое усиливается многочисленными глаголами

Я вас люблю — хоть я бешусь.
Хоть это труд и стыд напрасный,
И в этой глупости несчастной
У ваших ног я признаюсь!
Мне не к лицу и не по летам…
Пора, пора мне быть умней!
Но узнаю по всем приметам
Болезнь любви в душе моей.

«Сожженное письмо» — это еще одно произведение, относящееся к любовной лирике поэта. Оно было написано в 1825 году, когда поэт находился уже в Михайловском. Он познакомился с графиней Елизаветой Воронцовой в Одессе накануне нового 1824 года на рождественском балу у губернатора, сменившего старого Инзова. На его место был назначен граф М.С. Воронцов.

Графиня уже была поклонницей таланта Пушкина, и сочла для себя за счастье это знакомство. Пушкин же потерял голову от светской красавицы. Об отношениях Воронцовой и Пушкина поползли сплетни, и граф приложил немало усилий, чтобы избавиться от страстного опального поэта. Летом 1824 года Пушкин был отстранен от службы и отправлен сначала в Москву, а потом в родовое имение Михайловское. Но еще некоторое время графиня и Пушкин переписывались. «Сожженное письмо» — это стихотворение об одном из писем, полученных от Воронцовой. Это стихотворение – крик души поэта, не желавшего сжигать предмет, который любимая женщина держала в руках.

Прощай, письмо любви! прощай: она велела.
Как долго медлил я! как долго не хотела
Рука предать огню все радости мои!..
Но полно, час настал. Гори, письмо любви.

Пушкин не был тщеславным человеком. Он стремился быть нужным, услышанным. Его стремление к славе можно считать минутной слабостью, вызванной любовью к женщине. Об этом и его стихотворение, написанное в этом же 1825 году и посвященное Воронцовой. Это — «Желание славы». Пушкин был выслан из Одессы. И существует мнение, что этому способствовал друг Пушкина Александр Раевский, рассказавший губернатору об отношения поэта и его жены. О предательстве близких говорится и в стихотворении, которое композиционно делится на 2 части. В первой – поэт не стремится к славе. Он увлечен лишь любимой женщиной.

И что же? Слезы, муки,
Измены, клевета, всё на главу мою
Обрушилося вдруг… Что я, где я? Стою,
Как путник, молнией постигнутый в пустыне,
И всё передо мной затмилося!

Во второй части лирический герой разлучен с любимой. И теперь он стремится к славе, но только с одной целью:

чтоб именем моим
Твой слух был поражен всечасно, чтоб ты мною
Окружена была, чтоб громкою молвою
Всё, всё вокруг тебя звучало обо мне,
Чтоб, гласу верному внимая в тишине…

Стихотворение, написанное в 1823 году, и посвященное Амалии Ризнич – «Простишь ли мне ревнивые мечты» показывает непростые отношения между поэтом и Амалией. Это стихотворение по праву признано одним из лучших в любовной лирике Пушкина. Содержание его составляет любовь и сомнения лирического героя, ведущие к ревности. Возлюбленная ведет себя странно и неоднозначно. В свете – жестокая и холодная кокетка, заставляющая терзаться ревностью, наедине – страстная и верная любовница.

Простишь ли мне мои ревнивые мечты,
Моей любви безумное волненье?
Ты мне верна: зачем же любишь ты
Всегда пугать мое воображенье?
И в конце лирический герой обращается к своей возлюбленной:
Мой милый друг, не мучь меня, молю:
Не знаешь ты, как сильно я люблю,
Не знаешь ты, как тяжко я страдаю.

Известно шуточное лирическое стихотворение, которое Пушкин посвятил своей будущей жене. Правда, существует мнение, что оно принадлежит перу его брата, и было написано в третьем лице. Но даже сквозь шуточное содержание произведения угадывается драматизм его душевного состояния.

Я влюблен, я очарован,
Я совсем оганчарован.
С утра до вечера за нею я стремлюсь,
И встреч нечаянных и жажду, и боюсь.
Не ожидай, чтоб в эти лета
Я был так прост!
Люблю тебя моя кокетка,
Но не люблю твой длинный хвост.

Стихотворение «Ночь», написанное в октябре 1823 года посвящено любви Пушкина к Амалии Ризнич, полу-итальянке, полу-немке. Поэт познакомился с ней в Одессе, когда приехал туда из Кишинева. Он был пленен необыкновенной красотой очаровательной женщины и » увивался вокруг нее, будто котенок». Некоторые источники говорят о том, что любовь Пушкина была односторонней, и можно было сказать, что стихотворение наполнено грустью безответной любви, мечтой, о том, что любимая скажет: «люблю… твоя…». Но если верить другим стихам поэта и злым языкам, отношения между поэтом и дочерью венского банкира все же были.

Мой голос для тебя и ласковый и томный
Тревожит поздное молчанье ночи темной.
Близ ложа моего печальная свеча
Горит; мои стихи, сливаясь и журча,
Текут, ручьи любви, текут, полны тобою.
Во тьме твои глаза блистают предо мною,
Мне улыбаются, и звуки слышу я:
Мой друг, мой нежный друг… люблю… твоя… твоя!..

Одно из первых стихотворений, написанных во время учебы в лицее – стихотворение «Певец». Оно рассказывает о печальном, влюбленном юноше, который, гуляя по лесным просторам, поет о своей любви, и грустит. В стихотворении, написанном пятистопным ямбом, просматривается манера написания стихов Батюшкова. Ритм стихотворения певучий, и неслучайно несколько композиторов положили его на музыку. Стихотворение состоит из трех пятистрочных строф, в которых последняя строка припевом повторяет половину первой, что еще больше подчеркивает музыкальность этого произведения. Впервые это стихотворение было опубликовано в журнале П. Корсакова «Северный наблюдатель» в 1818 году.

Слыхали ль вы за рощей глас ночной
Певца любви, певца своей печали?
Когда поля в час утренний молчали,
Свирели звук унылый и простой
Слыхали ль вы?

Список любовных стихотворений можно было продолжить дальше. Это:

«Храни меня, мой талисман…»,

«Мадонна»,

«Я вас любил, любовь еще быть может…»,

«Элегия» («Я думал, что любовь погасла навсегда…»),

«Иностранке»,

«Для берегов отчизны дальной»,

«Под небом голубым страны своей родной».

«Гречанке»,

«Я думал, сердце позабыло…»,

«Талисман»,

«Ненастный день потух»,

«Прощание» и другие.

Любовная лирика Пушкина многогранна. Она включает юношеские стихи с эротическими нотками, гимны женской красоте и поклонение Женщине; печаль неразделенной любви и горечь разлук. Пушкинские стихи о любви учат современную молодежь тому, как надо любить, чувствовать, относиться к женщине. Они учат и женщин, любви, верности супружескому и материнскому долгу.

Поэзия Пушкина — неисчерпаемая сокровищница для всех, кто умеет наслаждаться не только, выразительностью художественных образов и красотой родной речи, но и мудростью мысли, жизненным опытом — плодом долгих раздумий и глубоких чувств — «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет”.
В лирике великого поэта раскрывается вся его личность, его характер, его душа, отношение к окружающему миру; его думы и переживания.
Перелистывая страницы стихов Пушкина, мы становимся как бы свидетелями его духовного возмужания и художественного развития, становления его мастерства, где нерасторжимы реальная действительность, поэтическое содержание и художественная форма.
Трудно найти в наследии поэта стихи, в которых не высказывался бы взгляд на окружающий мир, на место человека в нем, на «проклятые вопросы” жизни и смерти, счастья и долга, то есть на основные вопросы философии.
Уже с лицейских лет А. С. Пушкин размышлял о человеке и его месте в мире и выдвинул свое представление о цели и форме человеческой жизни, пытаясь осмыслить ее как явление временное, признать закономерности вечного движения, смены поколений, бессмысленность попыток идти наперекор естественным законам бытия, умирание старого и нарождение нового и одновременно утверждение вечной жизни природы, прославление человеческой жизни, освещенной разумом и глубокими чувствами.
Размышляя о скоротечности жизни, Пушкин постоянно думал о ее неизбежном исходе:
Я говорю: промчатся годы,
И сколько здесь ни видно нас,
Мы все сойдем под вечны своды —
И чей-нибудь уж близок час.
Однако мысли о смерти внушает ему не уныние, а покорность воле божией и примирение со своим жребием.
В стихотворении «Вновь я посетил” поэт подводит итоги своих раздумий о смысле жизни, о своей судьбе и в то же время говорит о будущем, выражает свое утверждение жизни, ее неизменного круговорота. Минувшее встает перед поэтом как признак перемены, как свидетельство об «общем законе” развития жизни. Основным для понимания философских взглядов поэта является стихотворение «Два чувства дивно близки нам”, в котором утверждается мысль о том, что человек лишь тогда человек, когда он любит родные места и чтит могилы отцов.
Величие человека — в его «самостоянье”, то есть в уникальности, в единичности. В равенстве только самому себе. Но такое самосостояние — не извне, животворящая сила — сам человек, творящий себя.
Во многих своих стихах поэт размышлял о степени зависимости человека от той среды, в которой он формировался. Среда могущественна, она влияет на людей, но, по мнению поэта, человеком имеет право называться тот, кто способен восставать против враждебных ему условий. «Ты понял жизни цель: счастливый человек”, — писал он в стихотворении «К вельможам” в 1830 году, восхищаясь способностью адресата этого стихотворения воспринимать жизнь в ее многообразии, принимать в ней честное и чистое, отвергать и презирать в ней грязное и пустое.
Есть одно малоизвестное стихотворение, в котором Пушкин описывает те два царящие в жизни начала, греховные начала, что служили причиной его первоначального отступления от детской чистоты и веры. Это — демон гордыни и демон разврата. Ту небесную чистоту, которую проповедует «величавая жена” в стихотворении «В начале жизни школу помню я”, Пушкин сознательно отвергает. Но в нем сильны настроения раскаяния и переживания. Пушкин почувствовал, что душа его оказалась на перепутье. По какому пути идти?
Человек состоит из двух миров: внешнего — телесного и внутреннего, скрытого — духовного. Вначале, когда человек только начинает свое земное существование, душа его чиста и светла, но ему предстоит трудный выбор: прожить жизнь, полную лишений, но со светлой совестью или поддаться желанию тела — замарать свою душу.
Сила души Пушкина заключается в том, что он жаждет света, преклоняется перед чистотой:
И жар невольный умиленья
Впервые смутно познавал.
Это победа над демоническим насмешливым взглядом на жизнь.
А куда стремится душа Пушкина? Ввысь, освободиться от гордыни, свершить христианский подвиг человеческой души:
Туда б, в заоблачную келью,
В соседство Бога скрыться мне!
Долгие годы духовной борьбы с собою доказали возможность падения чистоты и для падения — путь возрождения:
И с отвращением читая жизнь мою,
Я трепещу и проклинаю,
И горько жалуюсь,
И горько слезы лью,
Но строк печальных не смываю.
Эти сомнения, страсти, охватывающие отчаяние, и развивают чувства, мысли, делают человека человеком.
Проникновенно звучит молитва Пушкина:
Владыко дней моих! дух праздности унылой,
Любоначалия, змеи сокрытой сей,
И празднословия не дай душе моей,
Не дай мне зреть мои, о боже, прегрешенья,
Да брат мой от меня не примет осужденья.
С верой и надеждой в свои силы отвечает Пушкин Филарету:
И ныне с высоты духовной
Мне руки простираешь ты
И силой кроткой и любовной
Смиряешь буйные мечты.
Сосредоточение своего чувства на своем покаянии не закрывает сердце поэта к людям, к России. Поэт понимал жизнь как труд, как выполнение долга перед людьми, как гармоническое единство темного и светлого, не отчаивался в горькие минуты, не обольщался в светлые.
Простая жизнь дарит человека дружбой, любовью, сознанием родства с родной природой.
Сколько прекрасных стихотворений посвятил поэт друзьям, всю жизнь оставаясь верным святому братству. Стихотворения, посвященные лицейским годам, останутся навсегда непревзойденными шедеврами лирики поэта.
Радость, доставляемая любовью, дар человеку от матери-природы — любовь порождает вдохновенье, помогает поэту воссоздать красоту женщины и физическую, и духовную: «Няне”, «Я помню чудное мгновенье…”, «Мадонна” и другие.
Волшебное перо поэта превращает любовь в возвышенное, чистое и прекрасное чувство, лишенное эгоизма.
Итак, жизнь таит в себе и горе, и радость, и человек, рожденный поэтом, не должен страдать от сознания неизбежности смерти:
И пусть у гробового входа
Младая будет жизнь играть,
И равнодушная природа
Красою вечною сиять.
Поэт призван совершить великий подвиг — помочь людям осознать себя, окружающий их мир, постигнуть мудрость мироздания.
Пушкин восстает пророком, долг которого «глаголом жечь сердца людей”. Пророк у Пушкина выступает как провозвестник истины, несет людям мудрость, знание природы и законов, управляющих вселенной и человеческими судьбами. Рассказ пророка о нисшедшем на него вдохновении выдержан в том библейском стиле, которым написана книга пророка Исайи. Для Пушкина важно само представление о пророке, понимание его миссии. В библейском представлении пророчество было силой, которая могущественно влияла на судьбу людей, а носители ее явились избранниками, наделенными даром провидения. Показывая творческое прозрение поэта, Пушкин изображает его томимым духовной жаждою. Явление Серафима знаменует рождение того вдохновения, которое отличает пророков и поэтов.
Русский поэт философски осмыслил свою жизнь, свое служение отчизне, сказав:
И неподкупный голос мой
Был эхо русского народа.
(«Н. Я. Плюсковой”)
Еще более выразительно он определил свою заслугу перед родиной и народом в стихотворении «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…”.
Не «зарастет” народная тропа к Пушкину.
Его поэзия глубоко проникает в душу внимательного читателя, и этому способствует широкое философское осмысление мира и места человека в нем, придающее стихам поэта общечеловеческое, высоконравственное значение.
На всю жизнь мы запоминаем строки:
Служенье муз не терпит суеты;
Прекрасное должно быть величаво.
(«19 октября”)

Само понятие лирика, лирическая поэзия произошло от греческого lyrikos – лирный, лирический, «исполняемый под звуки лиры». Эта поэзия, по выражению известного немецкого философа Георга Вильгельма Фридриха Гегеля, — «изображает внутренний мир души, ее чувства, ее понятия, ее радости и страдания. Это личная мысль, которая заключается в том, что она имеет в себе наиболее интимного и реального, выраженного поэтом, как его собственное настроение; это живая и вдохновенная продукция его духа».

Творчество А.С. Пушкина проникнуто этой чувственностью, личными переживаниями поэта, его отношением к людям, окружающей природе и жизни в целом. Талант Пушкина, его великолепное владение пером, позволили отразить всю эту эмоциональность в стихотворениях поэта.

Любовная лирика Пушкина

Романтическая лирика Пушкина – искренняя, тонкая, временами страстная. Для Пушкина влюбленность – это естественное, необходимое для жизни и творческого вдохновения состояние.

Красота выражения чувств и переживаний поэта отражена в таких шедеврах, как «Желание», «Я помню чудное мгновенье…», «Я вас любил…», «На холмах Грузии лежит ночная мгла» и других стихотворениях о любви

Природа в лирике Пушкина

В своем творчестве Пушкин часто обращается к красочным описаниям природы. Стихотворения о природе передают сказочное волшебство и величие русской природы. Особенно поэт предпочитал осень: «из годовых времен, я рад лишь ей одной». Он очень живописно раскрашивает осенний пейзаж: «прекрасное природы увяданье», «в багрец и золото одетые леса».

Отчасти, природа для Пушкина — это возможность уйти от бренной суеты жизни, скрыться от надоевших проблем и насладиться истинной красотой. Яркие и живые описания природы содержатся в стихотворениях «Деревня», «Осень», «Кавказ», «Зимнее утро», «Зимний вечер», «Зимняя дорога»

Свободолюбивая лирика Пушкина

В своей лирике Пушкин часто раскрывает свои философские, политические и социальные убеждения и помыслы. Поэт являлся великим вольнодумцем и проповедником свободы во всех ее проявлениях. В творчестве Пушкина отражены проблемы современного ему общества, отношения между властью и народом, между людьми разных сословий.

К свободолюбивой, идейной, лирике Пушкина относятся такие стихотворения, как «Арион», «Вольность», «Во глубине сибирс­ких руд», «Деревня», «К Чаадаеву», «Свободы сеятель пустынный», «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…»



Начало ХIX в. в России было богатым на события, которые сильно влияли на духовно-нравственное состояние общества. Отечественная война 1812 года и заграничные походы 1813 – 1814 годов имели очень большое влияние на жизнь русского образованного дворянства. Войны за освобождение Европы, перебросив русские войска за границу, познакомили служивших в них дворян с западноевропейской жизнью. Успехи европейской гражданственности под влиянием освободительных идей XVIII века, развитие немецкого национального сознания, расцвет немецкой идеалистической философии поражали и восхищали русских людей.
Значительным явлением в русской общественной жизни того времени стало появление в 1823 году философского кружка » Общество любомудрия», члены которого занимались вопросами философии, эстетики и литературы. Неоднородный по политическим взглядам своих членов, кружок ориентировался в философии на труды немецких идеалистов, главным образом Шеллинга. Основным направлением деятельности любомудров было просветительское, а точнее литературно- философское. Они издавали альманах » Мнемозина», в котором некоторое время принимал активное участие и Пушкин. По мнению многих исследователей, с момента знакомства Пушкина с любомудрами начинается новый этап его творчества – философская поэзия.
Всё это было, разумеется, исторически обусловлено. Русская прогрессивная мысль – не отдельные поэты и мыслители, а именно русская мысль – после событий 14 декабря 1825 года и наступившей вслед за тем правительственной и общественной реакции проявила заметное стремление в глубину, к постижению сокровеннейших тайн жизни и истории, осмыслению современной действительности и современного человека во всей его внутренней сложности и противоречивости. Русский мыслитель независимого толка, лишенный надежд на скорое осуществление своих общественных идеалов, стремился компенсировать этот трагический недостаток полнотой знания, внутренним, духовным постижением истины. Это находило отражение и в литературе. Это выразилось – естественно, по-разному – и в поэтико-философских исканиях любомудров, и в философской поэзии Баратынского, и, конечно, больше всего в исканиях и открытиях в области поэзии мысли Пушкина.
Одним из проявлений пушкинской поэзии мысли второй половины 20-х годов был цикл стихов, посвященных теме поэта: «Пророк», «Поэт», «Поэт и толпа», «Поэту». При разновременности их создания это все-таки не отдельные стихи, а именно цикл, объединённый в единое целое не одной темой, а, скорее, общим решением темы. В этом пушкинском решении темы поэта не следует искать каких-либо законченных философских концепций: таких законченных, метафизических концепций Пушкин всегда чуждался. Общность решения порождена у Пушкина последовательностью и постоянством собственных поэтических принципов, цельностью и устойчивостью его проверенных опытом воззрений на поэзию.
Первое стихотворение цикла, «Пророк», было написано в сентябре 1826 г., по пути из Михайловского в Москву, и напечатано в 3-м номере «Московского вестника» за 1828 г. Сотрудники журнала, любомудры, восторженно приняли стихотворение. Хомяков писал о нем И. С. Аксакову как о «бесспорно великолепнейшем произведении русской поэзии».
«Пророк» написан в библейском стиле и своим сюжетом восходит отчасти к библейским сказаниям. Это помогает создать общую возвышенную атмосферу лирического повествования. Это помогает также обобщенно и символически выразить свои любимые мысли о поэте. В соответствии с библейским преданием пророки были народными вождями и мудрыми и страстными провидцами исторической народной судьбы. Такими же, подобными пророкам, Пушкин видел, вернее, хотел бы видеть поэтов.
Само по себе сравнение поэта с пророком не было новым, оно встречается довольно часто в поэзии начала XIX в. Но в «Пророке» Пушкина оно сохраняет всю свежесть собственной авторской точки зрения, свежесть и искренность собственного убеждения. Стихотворение «Пророк» – это и выражение обобщенно философской мысли, и сокровеннейшее признание. Пушкин сам искренне верил в высшее человеческое и общественное призвание поэта, и в словах, которыми он это выразил, есть живые следы этой высокой веры:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли,
Исполнись волею моей,
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей.

Стихотворение «Пророк» отмечено высоким содержанием и высокими словами. Интересно, что Пушкин в этом стихотворении обращается к церковно-славянской языковой стихии, от которой прежде отказывался. Он создает здесь род изысканно-архаической, высокой поэтической речи – в духе державинской. В этих новых языковых устремлениях Пушкина – отражение новых содержательных устремлений, отражение общей тенденции к созданию высокой поэзии мысли. Для такой поэзии как раз и нужен был не язык Батюшкова, не язык Жуковского, а возвышенно-одический язык Державина.
Другим стихотворением того же тематического цикла, что и «Пророк», является написанное в Михайловском в 1827 г. стихотворение «Поэт». По первому впечатлению оно заметно отличается от «Пророка»: в нем изображен поэт не только на высоте его призвания, но и в минуты обыденной жизни:
Пока не требует поэта
К священной жертве Аполлон,
В заботах суетного света
Он малодушно погружен;
Молчит его святая лира;
Душа вкушает хладный сон,
И меж детей ничтожных мира,
Быть может, всех ничтожней он.

В этом стихотворении поэт показан не только как поэт, но во всем его человеческом обличье. Это делает стихотворение не сниженным, а более интимным, это не отменяет высоты в звучании темы, но делает это звучание более разнообразным и внутренне подвижным. По существу, «Поэт» – это не только программное произведение, не только обобщенный, «групповой» портрет поэта, но и портрет сугубо индивидуальный, лирический. Пушкин, в частности, описывает сам момент пробуждения поэтического дара:
Но лишь божественный глагол
До слуха чуткого коснется,
Душа поэта встрепенется,
Как пробудившийся орел.

В финале стихотворения поэт, стремясь любой ценой сохранить независимость суждения, удаляется от мира:

Бежит он, дикий и суровый,
И звуков и смятенья полн,
На берега пустынных волн,
В широкошумные дубровы…

Стихотворение «Поэт» многими своими чертами похоже на авторскую исповедь, которая в силу своей глубокой значимости приобретает всеобщее, в известном смысле философское значение.
В следующем, 1828 г. Пушкиным было написано еще одно стихотворение того же цикла – «Поэт и толпа». Оно вызвало самые разноречивые толки, которые продолжались еще много лет и десятилетий спустя после смерти Пушкина. Отдельные строки этого произведения повторялись как символ веры, они писались на знаменах апологетов «чистого искусства». Между тем в стихотворении нет ничего такого, что противоречило бы идеям «Пророка». Здесь рассматриваются только еще новые проблемы, связанные с высоким призванием поэта: может ли и должна ли поэзия приносить прямую пользу человеку и человечеству? И в чем именно заключаются ее значение и ее польза?

Поэт по лире вдохновенной
Рукой рассеянной бряцал.
Он пел – а хладный и надменный
Кругом народ непосвященный
Ему бессмысленно внимал.

Толпа говорит поэту, что его песни бесполезны. Пушкин, отвечая на обвинение, утверждает иное, чем у толпы, высокое понимание пользы. Для него поэзия в своей кажущейся бесполезности есть высшее, свободное служение людям, служение человеческому духу. Поэт преследует не сиюминутные, не временные, а высокие и вечные цели. Именно в этом истинный смысл финальных четырех стихов:

Не для житейского волненья,
Не для корысти, не для битв,
Мы рождены для вдохновенья,
Для звуков сладких и молитв.

Другим родом философской лирики Пушкина последекабрьского периода были лирические пьесы-признания, одним из лучших образцов которых явилось стихотворение 1828 г. «Воспоминание». Это стихотворение Пушкина – как, впрочем, и многие другие – трудно отнести к жанру чисто философских произведений, но это вовсе не отменяет глубокой связи и этого, и других подобных стихотворений Пушкина с философским направлением в русской поэзии.
В своем окончательном печатном варианте «Воспоминание» содержит 16 стихов:

Когда для смертного умолкнет шумный день
И на немые стогны града
Полупрозрачная наляжет ночи тень
И сон, дневных трудов награда,
В то время для меня влачатся в тишине
Часы томительного бденья:
В бездействии ночном живей горят во мне
Змеи сердечной угрызенья;
Мечты кипят; в уме, подавленном тоской,
Теснится тяжких дум избыток;
Воспоминания безмолвно предо мной
Свой длинный развивают свиток;
И с отвращением читая жизнь мою,
Я трепещу и проклинаю,
И горько жалуюсь, и горько слезы лью,
Но строк печальных не смываю.

В черновом варианте стихотворения было еще 20 строк, которые при публикации Пушкин отбросил. В них раскрывалось точное до деталей содержание воспоминаний, давались намеками указания на реальных прототипов и пр. Отбросив эти подробности, Пушкин сделал свое стихотворение более обобщенным и общезначимым.
Достаточно традиционной для философских стихов такого рода, к которому принадлежит «Воспоминание», является атмосфера ночи, ночной колорит лирического повествования. Ночь для поэтов-философов – условие углубленного познания мира и самого себя. Такой она часто бывала в философских пьесах немецких романтиков и русских любомудров. У Пушкина ночь не только условие познания, но и нечто самоценное. Она существует и сама по себе, становясь чем-то материальным.
Все эти стилевые особенности придают живую теплоту и конкретность признанию, которое составляет содержание стихотворения.
Философские опыты Пушкина второй половины 20-х и 30-х годов решены не обязательно в высоком стилистическом ключе – они бывают и более обыденными в своей тональности и языковом оформлении. Примером тому может служить стихотворение «Дар напрасный, дар случайный» (1828):

Дар напрасный, дар случайный,
Жизнь, зачем ты мне дана?
Иль зачем судьбою тайной
Ты на казнь осуждена?
Кто меня враждебной властью
Из ничтожества воззвал,
Душу мне наполнил страстью,
Ум сомненьем взволновал?..
Цели нет передо мною:
Сердце пусто, празден ум,
И томит меня тоскою
Однозвучный жизни шум.

Стихотворение написано на вечную тему, и при этом оно согрето сиюминутным чувством; в нем меньше, чем в «Воспоминании», ощущается авторская установка на обобщение, но это вовсе не отменяет обобщающего, философского смысла, в нем заключенного. Стихотворение это традиционно более «пушкинское», и именно поэтому своеобразие того, что мы называем философской лирикой Пушкина, проступает в нем с особенной отчетливостью.
Некоторые философские стихотворения Пушкина представляют собой род рассказа-притчи, рассказа-легенды с глубоким значением и общечеловеческой мыслью. Таков, например, «Анчар» (1828). Материалом для него послужило предание о древе яда, растущем на острове Ява. С этим преданием Пушкин мог познакомиться, читая журнал Новикова «Детское чтение для сердца и разума». Оно привлекло Пушкина и своей диковатой поэзией, и возможностью с ее помощью выразить важные и заветные мысли: об отношениях человека и власти, о роли зла в природе и в человеческой жизни.

В пустыне чахлой и скупой,
На почве, зноем раскаленной,
Анчар, как грозный часовой,
Стоит — один во всей вселенной.

Не являясь прямой аллегорией, «Анчар» представляет собой поэтическую картину-символ. Образы стихотворения многозначны и внутренне свободны:

И если туча оросит,
Блуждая, лист его дремучий,
С его ветвей, уж ядовит,
Стекает дождь в песок горючий.

Иного содержания и иного характера легенда лежит в основе другого стихотворения Пушкина «Жил на свете рыцарь бедный…» (1829). Его герой – простой рыцарь, который как даме сердца поклоняется всю жизнь божьей матери:

Проводил он целы ночи
Перед ликом пресвятой,
Устремив к ней скорбны очи,
Тихо слезы лья рекой.
Полон верой и любовью,
Верен набожной мечте,
Ave, Mater Dei кровью
Написал он на щите.

Своим стихотворением Пушкин прославляет чистую любовь, чистое рыцарство, идеальность в человеке. За этим у Пушкина не только высокие нравственные понятия, но и высокая философия.
Самая распространенная форма философских стихотворений Пушкина – форма личных, лирических признаний. Значительность этих признаний и их общечеловеческий интерес делают такие произведения философскими, но философскими более по художественным результатам, а не по авторскому замыслу. Такова лирическая «Элегия» (1830).
В «Элегии» все кажется как бы экспромтным, при этом сильные мысли возникают в ней в их неразделимости с чувством, как внезапные озарения:

Но не хочу, о други, умирать;
Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;
И ведаю, мне будут наслажденья
Меж горестей, забот и треволнения.

Пушкина озаряет мысль в естественном ходе признания. Кажется, что он и философом становится только по ходу признания, в самом процессе творчества.
Многими чертами близка к этому стихотворению и пьеса 1834 г. «Пора, мой друг, пора». Это одно из самых глубоких и сильных и самых простых по форме выражения стихотворений Пушкина философского жанра. Его предмет – тот же, что и предмет всяких высоких философских размышлений: жизнь, смерть.

Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит –
Летят за днями дни, и каждый час уносит
Частичку бытия, а мы с тобой вдвоем
Предполагаем жить… И глядь – как раз – умрем.
На свете счастья нет, но есть покой и воля.
Давно завидная мечтается мне доля –
Давно, усталый раб, замыслил я побег
В обитель дальную трудов и чистых нег.

В 1829 году Пушкин пишет на тему смерти стихотворение » Брожу ли я вдоль улиц шумных»:

Брожу ли я вдоль улиц шумных,
Вхожу ль во многолюдный храм,
Сижу ль меж юношей безумных,
Я предаюсь моим мечтам.

В этом стихотворении мысли о смерти неотделимы от мыслей о вечном, о смерти говорится с глубокой и просветленной грустью.
Легко заметить, что философская лирика Пушкина начисто лишена каких-либо внешних претензий. Со временем, особенно в 30-е годы, она становится все более обыденной в наружном своем проявлении. Выразительный тому пример – одно из самых глубоких и прекрасных созданий Пушкина 30-х годов – стихотворение «Вновь я посетил…». Здесь удивительным образом сочетаются простота содержания и слов – и высокие, сдержанно торжественные в своем звучании мысли о жизни, о вечном:

…Здравствуй, племя
Младое, незнакомое! не я
Увижу твой могучий поздний возраст,
Когда перерастешь моих знакомцев
И старую главу их заслонишь
От глаз прохожего. Но пусть мой внук
Услышит ваш приветный шум, когда,
С приятельской беседы возвращаясь,
Веселых и приятных мыслей полн,
Пройдет он мимо вас во мраке ночи
И обо мне вспомянет.

Как и многие другие в том же жанре, это стихотворение Пушкина не столько философское, сколько просто мудрое и возвышенно-ясное в своей мудрости. По таким произведениям, как это, особенно заметно, что у Пушкина его мудрость и его ум самого высшего порядка: это ум простоты и ясности, ум открытый и широкий – ум великой и поэтической души. Это и определяет в конечном счете все своеобразие его философских стихов. В них Пушкин как бы заново, поэтически открывает самые простые и вечные истины. Обыденную мудрость он просветляет и возвышает поэзией и поднимает ее на уровень политической философии. В неслыханной простоте, в поэтичности его мудрости и его философии и заключается секрет неумирающей силы их воздействия на читателя.

Рубрики: Сонник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *