Деревья ждут дождя и грома,
Чтобы он почки разбудил,
А дождь обмыл пустые кроны
И жажду к жизни возбудил.
И грянул гром, и дождь заплакал —
Так тяжек воскрешенья труд,
А колокол чуть слышно звякал —
Пусть оживают и цветут!
И расцвела умытая природа.
Жердела тянет свои свечи вверх —
Глотнув с дождём живительную воду,
Она цветёт и пахнет раньше всех!

*****

Деревья отражаются в воде…
И каждый шорох воды гладной,
Мне навевает шум прохладный,
И я покорен той мечте…

Соловьев Дмитрий

*****

На свете так много деревьев различных,
давайте посмотрим, а в чём их отличие.
Ведь имя у каждого дерева есть.
Давайте узнать их попробуем здесь.

Он под солнцем южным рос —
это сладкий абрикос.

Это дерево южанка
и под солнцем ей не жарко
Вкус не сахар, не халва,
чуть с кислинкою айва.

Он оранжевый и яркий —
солнца ласкового сын.
Ароматный, кисло-сладкий,
дарит радость апельсин.

Тёмно-красные серёжки
спелых ягод, будто вышли
прогуляться в сад матрёшки —
замечательные вишни.

Жёлтым, розовым, бордовым
светом ягоды горят.
Приглашает в лето снова
гроздью ягод виноград.

Пахнет мёдом, ты покушай
спелая на ветке груша.

Помогают от ангины
гроздья красные калины.

Из глухих таёжных недр
шлёт орешки мудрый кедр.

На ветвях её орешки
в тишине лесной растут
Этот маленький орешник
все лещиною зовут.

Витаминами силён
цитрус жёлтенький — лимон.

Ветки облепила лихо
янтарями облепиха.

Нежным солнышком сияет
и пушком чуть-чуть оброс.
Все его конечно знают,
в жарких странах персик рос.

Осенью алеет дивно
кистью красною рябина.

С фиолетовым отливом
на ветвях созрела слива.

Как с орешками сундук —
рос на солнышке фундук.

Словно был он в парафине —
рос на пальме сладкий финик.

Будто солнышко сама
светит янтарём хурма.

Так похож он на лимон,
называется цитрон.

Вот красавица в серёжках,
млеет от тепла немножко.
Вы узнали? Ну конечно
это сладкая — черешня.

Ягодам в листве не скрыться
много их на шелковице.

Хрустким яблоком качая
осень яблоня встречает.

Блинникова Марина

*****

Я знаю, что деревьям, а не нам,
Дано величье совершенной жизни.
На ласковой земле, сестре звездам,
Мы — на чужбине, а они — в отчизне.

Глубокой осенью в полях пустых
Закаты медно-красные, восходы
Янтарные окраске учат их, —
Свободные, зеленые народы.

Есть Моисеи посреди дубов,
Марии между пальм… Их души, верно,
Друг другу посылают тихий зов
С водой, струящейся во тьме безмерной.

И в глубине земли, точа алмаз,
Дробя гранит, ключи лепечут скоро,
Ключи поют, кричат — где сломан вяз,
Где листьями оделась сикомора.

О, если бы и мне найти страну,
В которой мог не плакать и не петь я,
Безмолвно поднимаясь в вышину
Неисчислимые тысячелетья!

Николай Гумилев

*****

Жёлтым цветом расцветает
и свистульки дарит детям
Кто акацию не знает
развесёлую на свете.

Белоснежна и красива.
Зелень нежная на диво.
Сок её весенний — слёзы.
Это дерево — берёза.

Словно дождик долговяз —
шелестит листвою вяз.

Этот плод нельзя на зуб —
жёлудь с ветки кинул дуб.

Не страшна зимой метель
вся в иголках это — ель.

Зелена,стройна и колка
в новый год приходит ёлка.

Так печально и красиво
над рекой склонилась ива.

В самого себя влюблён
раскрасавец яркий клён.

Завари цветков от гриппа,
их тебе подарит липа.

Как венок — его в награду
победителю дадут.
Ну а нам для вкуса надо —
листья лавра в суп кладут.

Не страшны дожди и грозы
желтым шарикам мимозы.
На восьмое марта маме
мы букетик этот дарим.

Трепеща листвою сильно
с ветром шепчется осина.

Шишки, мягкие иголки —
это пихта, а не ёлка.

Высока,стройна,могуча,
зелена сосна, колюча.

Всем в жару подарит тень
ароматная сирень.

Шубу летом нам даря
пухом сыплют тополя

Словно в кружевах танцуя
зеленеет вечно туя.

Расцветает в холода
по весне она всегда.
Аромат весёлый, нежный
у черёмух белоснежных.

Если горлышко болит
тут поможет эвкалипт.

Как высок он и прекрасен
этот стройный, милый ясень.

Блинникова Марина

*****

Шумят деревья за моим окном.
Для нас они — деревья как деревья,
А для других — укромный, мирный дом
Иль временный привал среди кочевья.

Вчера я видел: съёжившись в комок,
На дереве у моего окошка
Сидел хвостатый рыженький зверёк
И чистился, чесался, точно кошка.

Лизал он шёрстку белую брюшка,
Вертя проворной маленькой головкой.
И вдруг, услышав шорох, в два прыжка
На верхней ветке очутился ловко.

Меж двух ветвей повис он, словно мост,
И улетел куда-то без усилья.
Четыре лапы и пушистый хвост
Ему в полёте заменяют крылья.

Моя сосна — его укромный дом
Иль временный привал среди кочевья.
Теперь я знаю: за моим окном
Не только мне принадлежат деревья.

Самуил Маршак

*****

Существует поверье,
И скажу не впервые:
Не губите деревья,
Все деревья живые.
Белоствольное лето,
Златокудрая осень —
Вот живые ответы
На немые вопросы.
Не губите березы,
Не ломайте рябины:
Их безмолвные слезы
Непорочно-невинны.
Не тревожьте покоя
Вечнодремлющих сосен
Их не только ли люди —
Их не трогает Осень.
Не губите осины,
Ели, грабы и ивы,
В ежедневной рутине
Им шепните «счастливо».
Приглядитесь получше,
Только не обижайте,
На сердца и на души
Грех тот не принимайте.
В тонкорунности света
Будем с ними честнее,
Ведь они для планеты
Человека роднее.
Все когда-нибудь будет,
И свершится поверье…
Только помните, люди:
Не губите деревья!

*****

Дерева вы мои, дерева,
Что вам головы гнуть-горевать,
До беды, до поры
Шумны ваши шатры,
Терема, терема, терема.
Я волнуем и вечно томим
Колыханьем — дыханьем твоим,
Что ни день, то весна,
Что ни ночь, то без сна,
Зелено, зелено, зеленым!
Мне бы броситься в ваши леса,
Убежать от судьбы колеса,
Где внутри ваших крон
Все малиновый звон,
Голоса, голоса, голоса.
Говорят, как под ветром трава,
Не поникнет моя голова,
Я и верить бы рад
В то, о чем говорят,
Да слова, все слова, все слова.
За резным, за дубовым столом
Помянут нас недобрым вином,
А как станут качать
Да начнут величать
Топором, топором, топором!
Ах вы, рощи мои, дерева,
Не рубили бы вас на дрова.
Не чернели бы пни,
Как прошедшие дни,
Дерева вы мои, дерева!

Бачурин Евгений

*****

Березы косы расплели,
Руками клены хлопали,
Ветра холодные пришли,
И тополи затопали.
Поникли ивы у пруда,
Осины задрожали,
Дубы, огромные всегда,
Как будто меньше стали.
Все присмирело, съежилось,
Поникло, пожелтело.
Лишь елочка пригожая
К зиме похорошела.

Садовский М.

*****

Деревья — голые на половину.
Ласкает ветер им грудь и спину.
Качает ветки, листву срывает
Так осенью всегда бывает.

*****

У Дедушки Дерева
Добрые руки —
Большие,
зелёные,
добрые руки…
Какая-то птица
В руках суетится,
Какая-то птица
На плечи садится.
Жучище примчался
И сел,
И качался,
И всё восхищался,
И всё восхищался!
Стрекозы примчались
И тоже качались,
И все свиристели
В пуховой постели
Смеялись, качались,
Качались, свистели!
Дедушка Дерево пчёл подхватил
И на ладони свои усадил…
У Дедушки Дерева добрые руки —
Большие,
зелёные,
добрые руки,
Наверно, их сто…
Или сто двадцать пять…
Чтобы всех покачать!
Чтобы всех покачать!

Мошковская Эмма

*****

Посадила девочка
Около крылечка
Маленькое деревце,
Листики сердечком.
Посадила, убежала,
позабыла, что сажала.

В жаркие денечки
Все сидят в тенечке.
А деревце во дворе
Засыхает на жаре.

Я смотрю из окна:
Помощь деревцу нужна!

Я беру воды бидон
И на улицу бегом.
— Корешки, пейте!
Листья, зеленейте!
Ветки, разрастайтесь,
К небу поднимайтесь!
Я не дам вас обижать —
Буду сам вас поливать,
Чтоб росли до крыши:
Выше!
Выше!
Выше!

Лебедева Галина

*****

Как у наших у ворот
Чудо-дерево растёт.

Чудо, чудо, чудо, чудо
Расчудесное!

Не листочки на нём,
Не цветочки на нём,
А чулки да башмаки,
Словно яблоки!

Мама по саду пойдёт,
Мама с дерева сорвёт
Туфельки, сапожки.
Новые калошки.

Папа по саду пойдёт,
Папа с дерева сорвёт
Маше — гамаши,
Зинке — ботинки,
Нинке — чулки,

А для Мурочки такие
Крохотные голубые
Вязаные башмачки
И с помпончиками!
Вот какое дерево,
Чудесное дерево!

Эй вы, ребятки,
Голые пятки,
Рваные сапожки,
Драные калошки.
Кому нужны сапоги,
К чудо-дереву беги!

Лапти созрели,
Валенки поспели,
Что же вы зеваете,
Их не обрываете?

Рвите их, убогие!
Рвите, босоногие!
Не придётся вам опять
По морозу щеголять
Дырками-заплатками,
Голенькими пятками!

Корней Чуковский

*****

Опавшей листвы
Разговор еле слышен:
— Мы с кленов…
— Мы с яблонь…
— Мы с вишен…
— С осинки…
— С черемухи…
— С дуба…
— С березы…
Везде листопад:
На пороге морозы!

Капотов Ю.

*****

В корзинах фрукты вносят в дом,
Когда проходит лето,
И оставляют под дождем
За дверью сад раздетый.
И будут банки до весны
Вареньем розовым полны,
И будут яблоки в ларе
Свежи, как будто в сентябре,
И пьяных вишен алый сок
Окрасит сахарный песок.
А сад остался там, снаружи,
Стоять по пояс в черной луже.
Холодный вихрь его нагнал —
Закашлял сад и застонал.
Деревья горбятся, хрипят,
Трясутся с головы до пят:
«Мы б разбежались все сейчас,
Да по одной ноге у нас!
Ой, плохо стынуть под дождем,
И нас возьмите в теплый дом!»
Ну как деревьям не помочь?
А вдруг морозной будет ночь,
Несут рогожи и мешки —
Деревьям на зиму чулки.
Ногам тепло, одели всех,
А головы укроет снег.

Квитко Л.

*****

Ветер по лесу летал,
Ветер листики считал:
Вот дубовый,
Вот кленовый,
Вот рябиновый резной,
Вот с березки — золотой,
Вот последний лист с осинки
Ветер бросил на тропинку.

Нищева Н.

*****

Я любила проснуться
На ранней заре,
Чтобы скорей прикоснуться
К стволам и коре.
Чтобы нюхом и слухом,
Рукой и щекой
Ощутить их покой,
Насладиться их духом.
Чтобы в свежести, в шелесте,
В переплеске теней
Не забыть нам о прелести
Остающихся дней.
Не забыть нам о милости
Мира сего…
Чтобы дереву вырасти,
Нужно много всего:
Много соков земных,
Много теплых ночей,
И горячих лучей,
И дождей проливных.

Благинина Елена

*****

Ходит осень в нашем парке,
Дарит осень всем подарки:
Фартук розовый — осинке,
Бусы красные — рябинке,
Зонтик жёлтый — тополям,
Фрукты осень дарит нам.

Винокуров И.

*****

Деревья в снегу утопают.
Красива ты всё же, зима.
И взгляд оторвать невозможно
Так дивна и чудна ты вся.

Деревья стоят. Припушились
Снежинками вьюги твоей.
На солнце они заискрились,
Играя в потоке лучей.

Вот ели стоят величаво,
Как скромен, красив их наряд.
Готовятся к балу, как павы,
Построились в ряд и молчат.

А тишь — то кругом здесь какая…
Берёзки на ели глядят…
Вот музыку, ветер, играя,
Запел очень стройно и в лад.

Качнулись берёзки игриво —
Посыпался с веток снежок…
Вот дунул ветрище порывом —
Склонились деревья вперёд.

Лишь миг. Снова тихо здесь стало.
Деревья исполнили «Па».
Ждут новую музыку ветра,
И танец их длится всегда…

Горюнова Надежда

*****

Давно железо в них влепилось,
Во времена войны большой.
Топор звенел,
Пила тупилась,
Ругался про себя старшой.
Стояли старые калеки
Неколебимо, как стена.
Деревья…
Были б человеки,
Им, верно, дали ордена.

*****

Поздней осени приметы:
Это клён — совсем раздетый,
Тополь с липой все одёжки
Побросали на дорожки.
Дом продрог в дожде-тумане,
И у девочки в кармане
Носовой лежит платок,
Что от насморка промок.

Скородумов Юрий

*****

Любимые уходят
Не на день — на века.
Любимые уходят,
А я живу пока.
И я полна доверья
И с жизнью я в ладу,
Пока еще деревья,
высокие деревья,
прекрасные деревья
Стоят в моем саду.
А в мире неспокойно,
В нем подлость точит нож,
В нем закипают войны,
А ты еще живешь.
И ты полна доверья
И с жизнью ты в ладу,
Пока еще деревья,
высокие деревья,
прекрасные деревья
Стоят в твоем саду.
И я подобно дятлу
В древесный ствол стучу,
Зеленою прохладой
Я боль свою лечу.
И я полна доверья
И с жизнью я в ладу,
Пока еще деревья,
высокие деревья,
прекрасные деревья
Стоят в моем саду.

Рывина Елена

*****

Я деревья люблю так, как будто лишён
права видеть, как листья мёдом выблестил клён,
так, как будто не рядом тот сказочный дуб,
чью кору, ещё мальчик, пытал я на зуб,
так, как будто берёзы не в ухо мне шепчут,
так, как будто на свете мне с ними не легче,
так, как будто в Париже, ещё до Марины,
я, там не бывший, вижу пред собою рябины…
И ольхою я болен, как подпасок из были,
как старухи из сказок, что по топям бродили…
О тянь-шаньские ели, заилийские павы,
не забыли, как рядом проходил я по праву?!
Костерок бы разжечь, да покрепче заварку —
измотался, гуляя по глубинному парку.

Муратовский Василий

*****

Кварталом хорошего тона —
Деревья с пугливым наклоном
(Клонились — не так — над обрывом!)
Пугливым, а может — брезгливым?

Мечтателя — перед богатым —
Наклоном. А может — отвратом
От улицы: всех и всего там —
Курчавых голов отворотом?

От девушек — сплошь без стыда,
От юношей — то ж — и без лба:
Чем меньше — тем выше заносят!
Безлобых, а завтра — безносых.

От тресков, зовущихся: речь,
От лака голов, ваты плеч,
От отроков — листьев новых
Не видящих из-за листовок,

Разрываемых на разрыв.
Так и лисы в лесах родных,
В похотливый комок смесяся, —
Так и лисы не рвали мяса!

От гвалта, от мертвых лис —
На лисах (о смертный рис
На лицах!), от свалки потной
Деревья бросаются в окна —

Как братья-поэты — в реку!
Глядите, как собственных веток
Атлетикою — о железо
Все руки себе порезав —
Деревья, как взломщики, лезут!
И выше! За крышу! За тучу!
Глядите — как собственных сучьев
Хроматикой — почек и птичек —
Деревья, как смертники, кличут!

(Был дуб. Под его листвой
Король восседал…)
— Святой
Людовик — чего глядишь?
Погиб — твой город Париж!

Марина Цветаева

*****

Деревья на улице — не деревья, вроде декорации,
оттого что в пыли и без птиц, а может, стоят там, где
надо стоять, —
когда разбираться?
На работу бежишь, с работы — в киоске газету застать,
одинаково серы стволы и столбы,
а что до листвы, так ведь голову нужно поднять…
Мы эти деревья сами сажали. Школьниками. После войны.

Енотов Леонид

*****

Умру — вы вспомните газеты шорох,
Ужасный год, который всем нам дорог.
А я хочу, чтоб голос мой замолкший
Напомнил вам не только гром у Волги,
Но и деревьев еле слышный шелест,
Зелёную таинственную прелесть.
Я с ними жил, я слышал их рассказы,
Каштаны милые, оливы, вязы —
То не ландшафт, не фон и не убранство;
Есть в дереве судьба и постоянство,
Уйду — они останутся на страже,
Я начал говорить — они доскажут.

Эренбург Илья

*****

Почему деревья не ходят

— Почему? — сказал Зайчонок,
И Зайчиха-мать вздохнула. —
Почему деревья, мама,
Никогда гулять не ходят?
Ведь они уже большие,
Почему бы им не бегать?
Все ведь, мама, любят бегать,
Почему ж они не ходят?
— Почему? — сказала мама. —
Потому что не умеют!
Ног у них, деревьев, нету,
Наказание ты наше!
— По чему? — переспросила
Очень умная Сорока. —
По земле! —
Сама сказала
И сама же рассмеялась.
Все вокруг захохотали.
Засмеялись звери, птицы,
Белки громко затрещали:
— Только нам и не хватало,
Только нам и не хватало,
Чтобы прыгали деревья! —
Даже глупые Лягушки
Захихикали в болоте:
— Ква-ква-ква! Какой он глупый!
Вот нашел себе заботу,
Почему не ходят палки!
Есть же умные вопросы:
«Скоро ли начнется дождик?
Где найти побольше тины?
Чем набить сегодня пузо?»
Ты бы вот над чем подумал,
Глупый маленький Зайчонок!
Правда, Пж — колючий ежик —
Проворчал:
— Легко смеяться,
А попробуйте ответить!
Глупых, дети, нет вопросов!
Вот ответов глупых — вдоволь!
Но никто его не слышал —
Все смеялись над Зайчонком.
И никто не знал ответа.
А Зайчонок не смутился,
Просто отошел в сторонку,
На траве он растянулся
Под тенистым старым дубом,
Потихоньку повторяя:
— Кто же все-таки мне скажет,
Кто же все-таки ответит:
Почему стоят деревья,
Почему они не ходят?
И с зеленой ветки дуба
Прозвучал чудесный голос:
— Я на твой вопрос отвечу.
Я тебе отвечу — правду.
И, услышав этот голос,
Птицы сразу замолчали,
Звери уши навострили,
Замолчали и Лягушки —
Словно в рот воды набрали.
Все узнали этот голос —
Соловья узнаешь сразу!

— 1 —

Много лет назад, Зайчонок,
У ручья стояла Ива.
Год за годом зеленела,
Подрастала год от года —
Не спеша растут деревья,
А какие вырастают!
Не спеша живут деревья.
Целый век стоят на месте,
Уходя корнями в землю,
Простирая ветки к солнцу.
Ничего они не ищут,
Ни о чем они не просят —
Им ведь нужно так немного:
Свет,
Земля,
Вода
И ветер —
То, чего искать не надо,
То, что всем дается даром.
А еще деревьям нужно,
Чтоб Земля была прекрасна,
И живут они, деревья,
Украшая нашу землю:
Красотой листвы зеленой,
Красотою тонких веток,
Красотой стволов могучих,
Несказанной красотою
Доброты своей извечной!
Потому что все деревья,
И кусты, цветы и травы, —
Все они живут на свете
По Зеленому закону:
Ничего они не ищут,
Ничего не отнимают,
Никого не обижают,
Всем готовы поделиться.
Так сейчас живут деревья,
Так они и раньше жили,
Так жила и наша Ива.
И она росла неспешно,
А своей могучей кроной,
Говорят, коснулась неба,
А могучими Корнями
Глубины земной коснулась.
У ручья она стояла,
И дружили с Ивой рыбки —
Подплывали к ней без страха,
У корней ее резвились,
И в тени ее прохладной
В жаркий день скрывались зайцы
И прекрасные олени —
Чудо-звери, у которых
Над печальными глазами
Тоже ведь растут деревья,
Только зимние, без листьев.
А в ее листве зеленой
Песни целый день звучали —
С ней дружил народ крылатый:
Птицы, радостное племя,
На ветвях гостеприимных
Вили гнезда, пели песни…
Песни петь они умели!
А она умела слушать:
Ни листок не шелохнется,
Заскрипеть сучок не смеет.
Мы, певцы, народ пугливый,
Мы, певцы, народ крылатый:
Нас спугнуть — совсем нетрудно,
А вернуть — не так-то просто!
Не заманишь,
Не заставишь
Петь,
Когда нам не поется…
Песни петь любили птицы,
А она любила слушать.
Ведь до самой сердцевины
Эти песни проникали:
Сок быстрее тек по жилам,
Ярче листья зеленели,
Выпрямлялся ствол упруго…
Да, Зайчонок, это правда!

— 2 —

Да, Зайчонок,
Все живое
На Земле подвластно песне!
Почему — никто не знает,
Мы, певцы, не знаем сами…
Почему при звуке песни
И цветы сильнее пахнут,
И плоды быстрее зреют,
И сердца сильнее бьются?
Почему навстречу песне
Из глубин морских выходят
Осторожные тюлени,
Звери мудрые — дельфины?
И порой под звуки песни
Даже змеи забывают
О своем смертельном яде
И о злобе ядовитой
И танцуют, извиваясь
В лад нехитрому напеву,
Словно вправду песня может
Сделать страшное — прекрасным!
Словно вправду песня может
Сделать смертное — бессмертным,
Словно песня, только песня
На Земле не знает смерти.
Если ты мне дашь травинку
И тебе я дам травинку,
То у каждого, Зайчонок,
Так и будет по травинке.
Если ж песню мне подаришь,
Отдарю тебя я песней,
То у нас с тобой, Зайчонок,
Сразу станет по две песни!
Говорят, никто на свете
Сотворить не может чуда.
Мы, певцы, не верим в это:
Знаем, есть на свете песни!

— 3 —

И однажды утром птицы
Пели Песню Дальних Странствий.
Пели песню о дороге —
О дороге, что уводит
По холмам и по долинам,
По степям необозримым,
Мимо рек неторопливых —
К снеговым вершинам горным,
К морю, к морю-океану,
К нашей древней колыбели…
Пели птицы, распевали,
Пели птицы, воспевали
Красоту Земли и Моря.
Пели так, что даже камень,
Если б эту песню слышал,
Если б эту песню понял, —
С места своего сорвался,
Зашагал бы в путь-дорогу!
Жадно вслушивалась Ива
В колдовские звуки песни.
Сок быстрее тек по жилам,
Ярче листья зеленели…
Вдруг она к Земле склонилась,
И Земле она взмолилась:
— Отпусти меня в дорогу!
Мать-Земля, сама ты знаешь —
Ничего я не искала,
Ни о чем я не просила.
В первый раз тебя прошу я,
Об одном я умоляю:
Отпусти меня на волю,
Отпусти меня в дорогу!
Все живое, все живые,
Все создания земные
Ходят, бегают, летают…
В чем, скажи, я провинилась?
Я одна стою на месте,
Неподвижна, словно камень…
Словно камень, вросший в землю
Я не камень! Я живая!
Я хочу тебя увидеть!
Я хочу увидеть море!
Отпусти меня на волю!
Отпусти меня в дорогу!
Долго не было ответа,
Долго Мать-Земля молчала…
Наконец весенним громом
Смех веселый прокатился:
— Вот неслыханные речи!
Вот невиданное дело!
На веку своем, не скрою,
Кое-что я повидала,
Кое-что пришлось услышать, —
Не видала,
Не слыхала,
Чтобы дерево ходило!
— Мать, не смейся надо мною!
Отпусти меня в дорогу!
— Отпустить тебя нетрудно,
Только прежде ты подумай:
Разве знаешь, разве можешь
Знать,
Куда ведет дорога?
Ведь дорога — это тайна.
По дороге — неизвестность,
И в конце дороги — тайна!
— Отпусти меня в дорогу —
Я хочу изведать тайну!
— Как бы ты не пожалела,
Если я исполню просьбу!
Не пришлось бы горько плакать,
Если ты узнаешь тайну!
— Пусть я буду вечно плакать —
Отпусти меня в дорогу!
Если ты мне мать родная,
Если ты меня жалеешь,
Отпусти меня в дорогу!

— 4 —

В это сказочное время,
В незапамятные годы,
Мать-Земля была моложе,
Много мягче и добрее,
И она любила Иву.
— Что ж, иди, — Земля сказала,
Не печалься — ты свободна!
Я держать тебя не стану —
Уходи куда угодно.
Добрый путь тебе, былинка!
Добрый путь тебе, травинка!
И не бойся — ведь повсюду
Вместе я с тобою буду!..
И напрягся ствол могучий,
Мощно дерево рванулось,
И Земля с тяжелым вздохом
Уступила,
Расступилась.
Зашумев листвою, крона
Наклонилась,
Покачнулась,
Разом корни обнажились —
И вперед шагнула Ива.
Да, вперед она ступила,
Неуверенно и робко,
Как беспомощный младенец, —
Первый шаг для всех нелегок.
Но уже через минуту
Гордо выпрямилась Ива
И уверенной походкой
Великанскими шагами
Зашагала по дороге,
По дороге, что уводит
По холмам и по долинам
К морю, к морю-океану,
К нашей синей колыбели…
Как была Земля прекрасна!
Как звала вперед дорога!
С каждым шагом открывались
Иве новые просторы,
С каждым шагом открывались
Неизведанные дали,
Неиспытанная радость!..
Все вольней дышала Ива,
Все быстрей она шагала.
Относило ветки ветром,
Как относит ветром гриву
У летящего галопом
Скакуна степных просторов.
И зелеными глазами
Изумленно вслед глядели
Все кусты, деревья, травы…

— 5 —

Первый шаг всегда нелегок,
И второй немногим легче,
Но всего трудней — последний!
…Вот уже донес к ней ветер
Долгожданный запах моря,
Долгожданный голос моря —
Равномерный, неумолчный,
Бесконечный шум прибоя.
И — остановилась Ива.
Так немного оставалось!
А она — остановилась!
И натруженные корни
Опустила, окунула
Прямо в воду ледяную,
В воду быстрой горной речки,
Хлопотливо, торопливо
По камням сбегавшей к морю…
Так она стояла, тихо,
Словно тихо задремала
Под протяжный шум прибоя,
Убаюкана напевом
Самой древней песни мира,
Самой древней колыбельной…

— 6 —

Но Земля заговорила:
— Что же ты остановилась?
Ты хотела видеть море —
И оно перед тобою.
Шаг один тебе остался,
И волны коснешься веткой,
Изопьешь соленой влаги.
— Я не знаю, что со мною, —
Тихо Ива отвечала. —
Словно червь во мне завелся:
Он сосет меня и гложет,
Не дает и шага сделать…
— Этот червь сосет, былинка,
Всех, кто вышел на дорогу.
Этот червь зовется голод.
— Голод?.. Что такое голод? —
Робко Ива повторила
И сама затрепетала
В ожидании ответа.
— Знай, — Земля проговорила, —
Час пришел, настало время,
Час тебе изведать тайну!
Тайна эта всем открыта
И у всех перед глазами,
Да никто ее не знает,
Ибо смотрят — и не видят,
Видят — и не понимают,
Те, кто понял, — забывают,
Вспоминать о ней не любят!..
Погляди, — Земля сказала, —
Оглядись вокруг, былинка!
И как будто бы впервые
Ива зрячими глазами
Посмотрела.
Увидала.

— 7 —

Увидала, как олени
Щиплют травы, гложут ветки,
Как в просторном небе птицы
На лету хватают мошек,
А серебряные рыбки
Червяков в воде глотают…
Как из зарослей подводных
Щука молнией метнулась,
И исчезла в хищной пасти
Зазевавшаяся рыбка…
Как с высот небесных коршун
Камнем ринулся на птицу,
И схватил ее когтями,
И понес ее куда-то…
И как волки жадной стаей
Догоняют, настигают
Благородного оленя,
И поток горячей крови
На сырую землю хлынул,
Оросил Цветы и Травы…

. . . . . . . . . . . .

— Да! — Печально и сурово
Мать-Земля проговорила. —
Знала ты закон Зеленый.
Есть другой закон — Звериный
Правит он на свете всеми,
Кто выходит на дорогу!
Голод гонит их в дорогу
Не затем, чтоб любоваться
Красотой Земли и Моря, —
Чтобы гнаться за добычей
И спасаться от погони!
Голод гонит их в дорогу.
Утоляют голод — кровью,
Алой кровью зверя, птицы
Иль зеленой вашей кровью…
Ты вступила на дорогу,
Ты сама о том просила!
И, сама того не зная,
Приняла закон Звериный!
Ты подобна им отныне —
Щуке, коршуну и волку,
И, подобно им, отныне
Будешь жить чужою кровью.
Будешь жить чужою смертью!
Вот тебе разгадка тайны!

— 8 —

Вдруг
Отбившийся от стада
Длинноногий Олененок
Перед Ивой очутился.
Задыхался он от бега,
Он дрожал, малыш, от страха,
И текли большие слезы
Из печальных глаз, глядевших
На нее с такой тоскою,
Что к нему склонилась Ива.
Ива ветку протянула,
Чтоб погладить, успокоить
И утешить Олененка.
Но Земля проговорила:
— Это он — твоя добыча!
Ешь его! Чего ж ты медлишь?
Разорви его на части!
Крови досыта напейся!
Утоли сосущий голод —
И живее вновь в дорогу!
И, услышав это слово,
Ива что-то простонала,
Дрожь прошла по телу Ивы,
Корни с судорожной силой
В землю влажную вцепились,
Ветки гибкие поникли…
Черный мрак ее окутал.

— 9 —

А когда она очнулась,
Длинноногий Олененок
К ней доверчиво прижался.
Он щипал листочки Ивы,
Недовольно тряс головкой,
Недовольно, громко фыркал:
— Фу, как горько!
Фу, как горько!
И Земли суровый голос
Зазвучал сердечной лаской,
Материнской добротою:
— Ты прости меня, былинка!
Я с тобою пошутила…
Если ты того захочешь,
Все останется, как прежде.
Хоть и стала ты другою,
Будешь жить, как все деревья,
Все Цветы, Кусты и Травы, —
По Зеленому закону!
И по-прежнему с друзьями
Будешь радостно делиться
И своей прохладной тенью,
И своей зеленой веткой,
И своими семенами,
И своим дыханьем чистым…
Никого ты не страшила —
И не будешь ведать страха,
Никого не обижала —
И не будешь знать обиды,
Даже боли не узнаешь, —
Смерть твоя, травинка, будет
Легкой и благоуханной… —
Лишь одно спросила Ива:
— Разве нет другой дороги —
Той, в которую выходят
По Зеленому закону? —
Но Земля ей отвечала:
— Ты, дитя, узнала тайну.
Больше знать тебе не надо.
Здесь конец твоей дороги…
И навек умолкла Ива.
Так стоит она у моря,
Головой касаясь неба,
Уходя корнями в землю…
Лишь поникли ветки Ивы,
Листья Ивы поседели,
Будто инеем покрылись
От дыханья лютой стужи…
На ветру они трепещут,
И как будто струи льются,
И как будто льются слезы,
Льются — и не иссякают.
Словно вечно плачет Ива,
Плачет горько, молчаливо
Над великой, древней тайной,
Непосильной
Для деревьев.

x x x

Ты спросил меня, Зайчонок,
Почему стоят деревья,
Почему они не ходят,
Я на твой вопрос ответил
Позабытой, старой песней —
Песней о плакучей Иве.
«Позабыли эту песню,
А она — не умирает!
А она живет на свете —
Лишь затихла, затаилась.
Так листок таится в почке,
Так таится в камне искра,
В туче молния таится:
Час придет, настанет время —
С громом небо озарится!
Почему ее забыли?
Потому что в песне — правда.
Почему не умирает?
Потому что правда — в песне.
А для этой правды
Время
И прошло,
И не настало…»
Так кончали песню прежде.
Я закончу по-другому:
Нынче время этой песне!
Время именно сегодня,
Время петь ее сегодня,
И сегодня время слушать:
Ведь сегодня эту песню
Вместе с нами слышат люди!

Борис Заходер

PDF для печати

Ф. Тютчев

С ЧУЖОЙ СТОРОНЫ

(Из Гейне)

На севере мрачном, на дикой скале
Кедр одинокий под снегом белеет,
И сладко заснул он в инистой мгле,
И сон его вьюга лелеет.

Про юную пальму все снится ему,
Что в дальних пределах Востока,
Под пламенным небом, на знойном холму
Стоит и цветет одинока…

(1823-1824)

ЛИСТЬЯ

Пусть сосны и ели
Всю зиму торчат,
В снега и метели
Закутавшись, спят.

Их тощая зелень,
Как иглы ежа,
Хоть ввек не желтеет,
Но ввек не свежа.

Мы ж, легкое племя,
Цветем и блестим
И краткое время
На сучьях гостим.

Все красное лето
Мы были в красе,
Играли с лучами,
Купались в росе!…

Но птички отпели,
Цветы отцвели,
Лучи побледнели,
Зефиры ушли.

Так что же нам даром
Висеть и желтеть?
Не лучше ль за ними
И нам улететь!

О буйные ветры,
Скорее, скорей!
Скорей нас сорвите
С докучных ветвей!

Сорвите, умчите,
Мы ждать не хотим,
Летите, летите!
Мы с вами летим!…

(сентябрь-октябрь 1830)

х х х

Что ты клонишь над водами,
Ива, макушку свою?
И дрожащими листами,
Словно жадными устами,
Ловишь беглую струю?

Хоть томится, хоть трепещет
Каждый лист твой над струей…
Но струя бежит и плещет,
И, на солнце, нежась, блещет,
И смеется над тобой…

(1835)

х х х

Обвеян вещею дремотой,
Полураздетый лес грустит…
Из летних листьев разве сотый,
Блестя осенней позолотой,
Еще на ветви шелестит.

Гляжу с участьем умиленным,
Когда, пробившись из-за туч,
Вдруг по деревьям испещренным,
С их ветхим листьем изнуренным,
Молниевидный брызнет луч.

Как увядающее мило!
Какая прелесть в нем для нас,
Когда, что так цвело и жило,
Теперь так немощно и хило,
В последний улыбнется раз!…

(15 сентября 1850)

ПЕРВЫЙ ЛИСТ

Лист зеленеет молодой.
Смотри, как листьем молодым
Стоят обвеяны березы,
Воздушной зеленью сквозной,
Полупрозрачною, как дым…

Давно им грезилось весной,
Весной и летом золотым, —
И вот живые эти грезы,
Под первым небом голубым,
Пробились вдруг на свет дневной…

О, первых листьев красота,
Омытых в солнечных лучах,
С новорожденною их тенью!
И слышно нам по их движенью,
Что в этих тысячах и тьмах
Не встретишь мертвого листа.

(Май 1851)

х х х

Чародейкою Зимою
Околдован, лес стоит –
И под снежной бахромою,
Неподвижною, немою,
Чудной жизнью он блестит.

И стоит он, околдован, —
Не мертвец и не живой –
Сном волшебным очарован,
Весь опутан, весь окован
Легкой цепью пуховой…

Солнце зимнее ли мещет
На него свой луч косой –
В нем ничто не затрепещет,
Он весь вспыхнет и заблещет
Ослепительной красой.

(31 декабря 1852)

х х х

Смотри, как роща зеленеет,
Палящим солнцем облита,
А в ней какою негой веет
От каждой ветки и листа!

Войдем и сядем под корнями
Дерев, поимых родником, —
Там, где, обвеянный их мглами,
Он шепчет в сумраке немом.

Над нами бредят их вершины,
В полдневный зной погружены,
И лишь порою крик орлиный
До нас доходит с вышины.

(Конец августа 1857)

М. Ю. Лермонтов

ТРИ ПАЛЬМЫ

(восточное сказание)

В песчаных степях аравийской земли
Три гордые пальмы высоко росли.
Родник между ними из почвы бесплодной,
Журча, пробивался волною холодной,
Хранимый, под сенью зеленых листов,
От знойных лучей и летучих песков.

И многие годы неслышно прошли;
Но странник усталый из чуждой земли
Пылающей грудью ко влаге студеной
Еще не склонялся под кущей зеленой,
И стали уж сохнуть от знойных лучей
Роскошные листья и звучный ручей.

И стали три пальмы на бога роптать:
«На то ль мы родились, чтоб здесь увядать?
Без пользы в пустыне росли и цвели мы,
Колеблемы вихрем и зноем палимы,
Ничей благосклонный не радуя взор?..
Не прав твой, о небо, святой приговор!»

И только замолкли – в дали голубой
Столбом уж крутился песок золотой,
Звонков раздавались нестройные звуки,
Пестрели коврами покрытые вьюки,
И шел, колыхаясь, как в море челнок,
Верблюд за верблюдом, взрывая песок.

Мотаясь, висели меж твердых горбов
Узорные полы походных шатров;
Их смуглые ручки порой подымали,
И черные очи оттуда сверкали…
И, стан худощавый к луке наклоняя,
Араб горячил вороного коня.

И конь на дыбы подымался порой,
И прыгал, как барс, пораженный стрелой;
И белой одежды красивые складки
По плечам фариса вились в беспорядке;
И, с криком и свистом несясь по песку,
Бросал и ловил он копье на скаку.

Вот к пальмам подходит, шумя, караван;
В тени их веселый раскинулся стан.
Кувшины звуча налилися водою,
И, гордо кивая махровой главою,
Приветствуют пальмы нежданных гостей,
И щедро поит их студеный ручей.

Но только что сумрак на землю упал,
По корням упругим топор застучал,
И пали без жизни питомцы столетий!
Одежду их сорвали малые дети,
Изрублены были тела их потом,
И медленно жгли их до утра огнем.

Когда же на запад умчался туман,
Урочный свой путь совершал караван;
И следом печальным на почве бесплодной
Виднелся лишь пепел седой и холодный;
И солнце остатки сухие дожгло,
А ветром их в степи потом разнесло.

И ныне все дико и пусто кругом –
Не шепчутся листья с гремучим ключом:
Напрасно пророка о тени он просит –
Его лишь песок раскаленный заносит.
Да коршун хохлатый, степной нелюдим,
Добычу терзает и щиплет над ним.

(1839)

На севере диком стоит одиноко
— На голой вершине сосна
И дремлет, качаясь, и снегом сыпучим
Одета, как ризой, она.

И снится ей все, что в пустыне далекой,
В том крае, где солнца восход,
Одна и грустна на утесе горючем
Прекрасная пальма растет.

(1841)

Афанасий Фет

х х х

Печальная береза
У моего окна,
И прихотью мороза
Разубрана она.

Как гроздья винограда,
Ветвей концы висят, —
И радостен для взгляда
Весь траурный наряд.

Люблю игру денницы
Я замечать на ней,
И жаль мне, если птицы
Стряхнут красу ветвей.

(1842)

А. М. Жемчужников

ПРИДОРОЖНАЯ БЕРЕЗА

В поле пустынном, у самой дороги, береза,
Длинные ветви раскинув широко и низко,
Молча дремала, и тихая снилась ей греза;
Но встрепенулась, лишь только подъехал я близко.

Быстро я ехал, она свое доброе дело
Все же свершила: меня осенила любовно;
И надо мной, шелестя и дрожа, прошумела,
Наскоро что-то поведать желая мне словно –

Словно со мной поделилась тоской безутешной,
Вместе с печальным промолвив и нежное что-то…
Я, с ней прощаясь, назад оглянулся поспешно, —
Но уже снова ее одолела дремота.

Осип Мандельштам

Звук осторожный и глухой
Плода, сорвавшегося с древа,
Среди немолчного напева
Глубокой тишины лесной.

(1908)

На бледно-голубой эмали,
Какая мыслима в апреле,
Березы ветки поднимали
И незаметно вечерели.

Узор отточенный и мелкий,
Застыла тоненькая сетка,
Как на фарфоровой тарелке
Рисунок, вычерченный метко, —

Когда его художник милый
Вывозит на стеклянной тверди,
В сознании минутной силы,
В забвении печальной смерти.

(1909)

Воздух пасмурный влажен и гулок,
Хорошо и нестрашно в лесу.
Легкий крест одиноких прогулок
Я покорно опять понесу.

И опять к равнодушной отчизне
Дикой уткой взовьется упрек, —
Я участвую в сумрачной жизни,
Где один к одному одинок!

Выстрел грянул. Над озером сонным
Крылья уток теперь тяжелы,
И двойным бытием отраженным
Одурманены сосен стволы.

Небо тусклое с отсветом странным –
Мировая туманная боль –
О. позволь мне быть также туманным
И тебя не любить мне позволь!

(1911)

ИМПРЕССИОНИЗМ

Художник нам изобразил
Глубокий обморок сирени
И красок звучные ступени
На холст как струпья положил.

Он понял масла густоту, —
Его запекшееся лето
Лиловым мозгом разогрето,
Расширенное в духоту.

А тень-то, тень все лиловей,
Свисток иль хлыст как спичка тухнет.
Ты скажешь: повара на кухне
Готовят жирных голубей.

Угадывается качель,
Недомалеваны вуали,
И в этом сумрачном развале
Уже хозяйничает шмель.

(23 мая 1932)

Полюбил я лес прекрасный,
Смешанный, где козырь – дуб.
В листьях клена – перец красный,
В иглах еж – черноголуб.

Там фисташковые молкнут
Голоса на молоке,
И когда захочешь щелкнуть –
Правды нет на языке.

Там живет народец мелкий,
В желудевых шапках все,
И белок кровавый белки
Крутят в страшном колесе.

Там щавель, там вымя птичье,
Хвой павлинья кутерьма,
Ротозейство и величье
И скорлупчатая тьма.

Тычут шпагами шишиги,
В треуголках косачи,
На углях читают книги
С самоваром палачи.

И еще грибы волнушки
В сбруе тонкого дождя
Вдруг поднимутся с опушки
Так – немного погодя…

Там без выгоды уроды
Режутся в девятый вал,
Храп коня и крап колоды,
Кто кого? Пошел развал –

И деревья, брат на брата,
Восстают. Понять спеши:
До чего аляповаты,
До чего как хороши!

(2-7 июля 1932)

Я к губам подношу эту зелень –
Эту клейкую клятву листов,
Эту клятвопреступную землю:
Мать подснежников, кленов, дубков.

Погляди, как я крепну и слепну,
Подчиняясь смиренным корням;
И не слишком ли великолепно
От гремучего пара глазам?

А квакуши, как шарики ртути,
Голосами сцепляются в шар,
И становятся ветками прутья
И молочною выдумкой пар.

(30 апреля 1937)

На меня нацелилась груша да черемуха –
Силою рассыпчатой бьет меня без промаха.

Кисти вместе с звездами, звезды вместе с кистями, —
Что за двоевластье там? В чьем соцветьи истина?

С цвету ли, с размаха ли бьет воздушно-целыми
В воздух, убиваемый кистенями белыми.

И двойного запаха сладость неуживчива:
Борется и тянется – смешана, обрывчива.

(4 мая 1937)

Николай Клюев

(«Лесные были» 1919)

От кудрявых стружек тянет смолью,
Духовит, как улей, белый сруб.
Крепкогрудый плотник тешет колья,
На слова медлителен и скуп.

Тепел паз, захватисты кокоры,
Крутолоб тесовый шеломок.
Будут рябью писаны подзоры
И лудянкой выпестрен конек.

По стене, как зернь, пройдут зарубки:
Сукрест, лапки, крапица, рядки,
Чтоб избе-молодке в красной шубке
Явь и сон мерещились – легки.

Крепкогруд строитель-тайновидец,
Перед ним щепа, как письмена:
Запоет резная пава с крылец,
Брызнет ярь с наличника окна.

И когда оческами кудели
Над избой взлохматится дымок –
Сказ пойдет о Красном Древоделе
По лесам, на запад и восток.

ОСИНУШКА

Ах, кому судьбинушка
Ворожит беду:
Горькая осинушка
Ронит лист-руду.

Полымем разубрана.
Вся красным-красна,
Может быть, подрублена
Топором она.

Может червоточина
Гложет сердце ей,
Черная проточина
Въелась меж корней.

Облака по просини
Крутятся в кольцо.
От судины-осени
Вянет деревцо.

Ой, заря-осинушка,
Златоцветный лет,
У тебя детинушка
Разума займет!

Чтобы сны стожарные
В явь оборотить,
Думы – листья зарные
По ветру пустить.

ЛЕС

Как сладостный орган десницею небесной
Ты вызван из земли, чтоб бури утишать,
Живым дарить покой, жильцам могилы тесной
Несбыточные сны дыханьем навевать.

Твоих зеленых волн прибой тысячеустный
Под сводами души рождает смутный звон,
Как будто моряку тоскующий и грустный
С родимых берегов доносится поклон.

Как будто в зыбях хвой рыдают серафимы,
И тяжки вздохи их и гул скорбящих крыл
О том, что Саваоф броней неуязвимой
От хищности людской тебя не оградил.

х х х

Не в смерть, а в жизнь введи меня,
Тропа дремучая лесная!
Привет вам, братья-зеленя,
Потемки дупел, синь живая!

Я не с железом к вам иду,
Дружась лишь с посохом да рясой,
Но чтоб припасть в слезах, в бреду
К ногам березы седовласой.

Чтоб помолиться лику ив,
Послушать пташек-клирошанок,
И, брашен солнечных вкусив,
Набрать младенческих волвянок.

На мху, как в зыбке, задремать
Под баю-бай осиплой ели…
О, пуща-матерь, тучки прядь,
Туман, пушистее кудели.

Как сладко брагою лучей
На вашей вечери упиться,
Прозрев, что веткою в ручей
Душа родимая глядится!

Николай Гумилев

ДЕРЕВЬЯ

Я знаю, что деревьям, а не нам,
Дано величье совершенной жизни.
На ласковой земле, сестре звездам,
Мы – на чужбине, а они – в отчизне.

Глубокой осенью в полях пустых
Закаты медно-красные, восходы
Янтарные окраске учат их, —
Свободные, зеленые народы.

Есть Моисеи посреди дубов,
Марии между пальм… Их души, верно,
Друг другу посылают тихий зов
С водой, струящейся во тьме безмерной.

И в глубине земли, точа алмаз,
Дробя гранит, ключи лепечут скоро,
Ключи поют, кричат – где сломан вяз,
Где листьями оделась сикомора.

О, если бы и мне найти страну,
В которой мог не плакать и не петь я,
Безмолвно поднимаясь в вышину
Неисчислимые тысячелетья!

(1916-1918)

Владимир Набоков

ДОЖДЬ ПРОЛЕТЕЛ

Дождь пролетел и сгорел на лету,
Иду по румяной дорожке.
Иволги свищут, рябины в цвету,
Белеют на ивах сережки.

Воздух живителен, влажен, душист,
Как жимолость благоухает!
Кончиком вниз наклоняется лист
И с кончика жемчуг роняет.

(1917)

БЕРЕЗЫ

Стволы сквозь легкое, зеленое сиянье
Белеют тонкие, и воздух освежен
Грозой промчавшейся. Чуть слышный перезвон
Дробится надо мной, чуть слышное журчанье;
И по невидимым качается волнам
Трава, вся в теневых лиловых паутинах,
Вся в ослепительных извилинах; а там,
Меж светлых облаков роскошно-лебединых,
Струится радуга и смутно с высоты
Мне улыбается, в лазури влажной тая,
Такая нежная, невинная, святая,
Что умиленные склоняются листы,
Роняя длинные, сверкающие слезы;
И это жизнь моя, и это край родной,
Родная красота; и льется надо мной
Сиянье легкое, зеленое – березы …

(1921)

Марина Цветаева

БУЗИНА

Бузина цельный сад залила!
Бузина зелена, зелена!
Зеленее, чем плесень на чане,
Зелена – значит лето в начале!
Синева – до скончания дней!
Бузина моих глаз зеленей!

А потом – через ночь – костром
Ростопчинским! – в очах красно
От бузинной пузырчатой трели.
Красней кори на собственном теле
По всем порам твоим, лазорь,
Рассыпающаяся корь.

Бузины – до зимы, до зимы!
Что за краски разведены
В мелкой ягоде, слаще яда!
Кумача, сургуча и ада –
Смесь, коралловых мелких бус –
Блеск, запекщейся крови – вкус!

Бузина казнена, казнена!
Бузина – цельный сад залила
Кровью юных и кровью чистых,
Кровью веточек огнекистых –
Веселейшей из всех кровей:
Кровью сердца – твоей, моей…

А потом – водопад зерна,
А потом – бузина черна,
С чем-то сливовым, с чем-то липким.
Над калиткой, стонавшей скрипкой
Возле дома, который пуст, —
Одинокий бузинный куст.

Бузина, без ума, без ума
Я от бус твоих, бузина!
Степь – хунхузу, Кавказ – грузину,
Мне – мой куст под окном бузинный
Дайте. Вместо Дворцов Искусств
Только этот бузинный куст…

Новоселы моей страны!
Из-за ягоды бузины,
Детской жажды моей багровой,
Из-за древа и из-за слова:
Бузина (по сей день – ночами…),
Яда – всосанного очами…

Бузина багрова, багрова!
Бузина – цельный край забрала
В лапы: детство мое у власти,
Нечто вроде преступной страсти,
Бузина, меж тобой и мной.
Я бы века болезнь – бузиной
Назвала…

(11 сентября 1931 – 21 мая 1935)

Рябину
Рубили
Зорькою.
Рябина –
Судьбина
Горькая.
Рябина –
Седыми
Спусками…
Рябина!
Судьбина
Русская.

(1934)

Мой письменный верный стол!
Спасибо тебе, что ствол
Отдав мне, чтоб стать – столом,
Остался – живым стволом!

С листвы молодой игрой
Над бровью, с живой корой,
С слезами живой смолы,
С корнями до дна земли!

(17 июля 1933)

ДЕРЕВЬЯ

Мятущийся куст над обрывом –
Смятение уст под наплывом
Чувств…

Кварталом хорошего тона –
Деревья с пугливым наклоном
(Клонились – не так – над обрывом!)
Пугливым, а может – брезгливым?

Мечтателя – перед богатым –
Наклоном. А может – отвратом
От улицы: всех и всего там –
Курчавых голов отворотом?

От девушек – сплошь без стыда,
От юношей – то ж – и без лба:
Чем меньше – тем выше заносят!
Безлобых, а завтра – безносых.

От тресков, зовущихся: речь,
От лака голов, ваты плеч,
От отроков – листьев новых
Не видящих из-за листовок,

Разрываемых на разрыв.
Так и лисы в лесах родных,
В похотливый комок смесяся, —
Так и лисы не рвали мяса!

От гвалта, от мертвых лис –
На лисах (о смертный рис
На лицах!), от свалки потной
Деревья бросаются в окна –

Как братья-поэты – в реку!
Глядите, как собственных веток
Атлетикою – о железо
Все руки себе порезав –
Деревья, как взломщики, лезут!
И выше! За крышу! За тучу!
Глядите – как собственных сучьев
Хроматикой – почек и птичек –
Деревья, как смертники, кличут!

(Был дуб. Под его листвой
Король восседал…)
— Святой
Людовик – чего глядишь?
Погиб – твой город Париж!

(1934)

Федерико Гарсиа Лорка

ДЕРЕВО ПЕСЕН

Все дрожит еще голос,
Одинокая ветка,
От минувшего горя
И вчерашнего ветра.

Ночью девушка в поле
Тосковала и пела,
И ловила ту ветку,
Но поймать не успела.

Ах, луна на ущербе!
А поймать не успела.
Сотни серых созвездий
Оплели ее тело.

И сама она стала,
Как певучая ветка,
Дрожью давнего горя
И вчерашнего ветра.

Николай Рубцов

х х х

Доволен я буквально всем!
На животе лежу и ем
Бруснику, спелую бруснику!
Пугаю ящериц на пне,
Потом валяюсь на спине,
Внимая жалобному крику
Болотной птицы…
Надо мной
Между березой и сосной
В своей печали бесконечной
Плывут, как мысли, облака,
Внизу волнуется река,
Как чувство радости беспечной…
Я так люблю осенний лес,
Над ним – сияние небес,
Что я хотел бы превратиться
Или в багряный тихий лист,
Иль в дождевой веселый свист,
Но, превратившись, возродиться
И возвратиться в отчий дом,
Чтобы однажды в доме том
Перед дорогою большою
Сказать: — Я был в лесу листом!
Сказать: — Я был в лесу дождем!
Поверьте мне: я чист душою…

БЕРЕЗЫ

Я люблю, когда шумят березы,
Когда листья падают с берез.
Слушаю – и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слез.

Все очнется в памяти невольно,
Отзовется в сердце и в крови.
Станет как-то радостно и больно,
Будто кто-то шепчет о любви.

Только чаще побеждает проза,
Словно дунет ветер хмурых дней.
Ведь шумит такая же береза
Над могилой матери моей.

На войне отца убила пуля,
А у нас в деревне у оград
С ветром и с дождем шумел, как улей,
Вот такой же желтый листопад…

Русь моя, люблю твои березы!
С первых лет я с ними жил и рос.
Потому и набегают слезы
На глаза, отвыкшие от слез…

СОСЕН ШУМ

В который раз меня приветил
Уютный древний Липин Бор,
Где только ветер, снежный ветер
Заводит с хвоей вечный спор.

Какое русское селенье!
Я долго слушал сосен шум,
И вот явилось просветленье
Моих простых вечерних дум.

Сижу в гостинице районной,
Курю, читаю, печь топлю.
Наверное, будет ночь бессонной,
Я так порой не спать люблю!

Да как же спать, когда из мрака
Мне будто слышен глас веков,
И свет соседнего барака
Еще горит во мгле снегов.

Пусть завтра будет путь морозен,
Пусть буду, может быть, угрюм,
Я не просплю сказанье сосен,
Старинных сосен долгий шум…

УЛЕТЕЛИ ЛИСТЬЯ

Улетели листья
с тополей –
Повторилась в мире неизбежность…
Не жалей ты листья, не жалей,
А жалей любовь мою и нежность!
Пусть деревья голые стоят,
Не кляни ты шумные метели!
Разве в этом кто-то виноват,
Что с деревьев листья
улетели?

х х х

У сгнившей лесной избушки,
Меж белых стволов бродя,
Люблю собирать волнушки
На склоне осеннего дня.

Летят журавли высоко
Под куполом светлых небес,
И лодка, шурша осокой,
Плывет по каналу в лес.

И холодно так, и чисто,
И светлый канал волнист,
И с дерева с легким свистом
Слетает прохладный лист,

И словно душа простая
Проносится в мире чудес,
Как птиц одиноких стая
Под куполом светлых небес…

СЕВЕРНАЯ БЕРЕЗА

Есть на севере береза,
Что стоит среди камней.
Побелели от мороза
Ветви черные на ней.
На морские перекрестки
В голубой дрожащей мгле
Смотрит пристально березка,
Чуть качаясь на скале.
Так ей хочется «Счастливо!»
Прошептать судам вослед.
Но в просторе молчаливом
Кораблей все нет и нет…
Спят морские перекрестки,
Лишь прибой гремит во мгле.
Грустно маленькой березке
На обветренной скале.
(1957)

Давид Самойлов

х х х

Когда кругом цветут сады,
Душа, забывшись, отдыхает
От суесловья и вражды
И свежесть яблони вдыхает.

Она устала прозревать
Грядущее. Она устала
Прошедшее переживать,
Минувшее твердить с начала.

Она устала от оков
И, отдыхая, вновь готова
Поверить в свежесть облаков
И в святость образа людского.

х х х

Милая жизнь! Протеканье времен.
Медленное угасание сада.
Вот и ничем я не обременен.
Сказано слово, дописана сага.

Кажется, все-таки что-то в нем есть –
В медленном, в неотвратимом теченье,
Может, о вечности тайная весть
И сопредельного мира сеченье.

Осень. Уже улетели скворцы.
Ветер в деревьях звучит многострунно.
Грустно. Но именно в эти часы
Так хорошо, одиноко, безумно.

Римма Казакова

х х х

Ухожу в лесок –
Как вода в песок.
И в зеленый лист,
И в залетный свист

В воду талую,
В хвою палую
И в сиренинку
Пятипалую.

Ухожу в травинки невзрачные
И в грунтовые воды незрячие.

И в сумерки чащи,
И в ключик блестящий,
И в лучик полянки-прогалинки…

Только сыну скажу:
«Ухожу, ухожу!» —
Он поймет,
Потому что он маленький.

Евгений Бачурин

ДЕРЕВА

Дерева вы мои, дерева,
Что вам головы гнуть-горевать,
До беды, до поры
Шумны ваши шатры,
Терема, терема, терема.
Я волнуем и вечно томим
Колыханьем – дыханьем твоим,
Что ни день, то весна,
Что ни ночь, то без сна,
Зелено, зелено, зеленым!
Мне бы броситься в ваши леса,
Убежать от судьбы колеса,
Где внутри ваших крон
Все малиновый звон,
Голоса, голоса, голоса.
Говорят, как под ветром трава,
Не поникнет моя голова,
Я и верить бы рад
В то, о чем говорят,
Да слова, все слова, все слова.
За резным, за дубовым столом
Помянут нас недобрым вином,
А как станут качать
Да начнут величать
Топором, топором, топором!
Ах вы, рощи мои, дерева,
Не рубили бы вас на дрова.
Не чернели бы пни,
Как прошедшие дни,
Дерева вы мои, дерева!

(1971)

Юнна Мориц

х х х

Какой ценой оплачено смиренье,
Листва сказать могла бы и трава,
Сказал бы ландыш или куст сирени,
Но нет смиренья там, где есть слова!

х х х

Что говорят деревья друг о друге?
Что птицы друг о друге говорят?
Что друг о друге говорят зверюги,
Стрекозы, бабочки, холмы и все подряд

И есть ли там общественное мненье,
Зависит от которого река,
И ласточка, и ветра дуновенье,
И путь, который держат облака? ..

х х х

Там звонкий лес на местности холмистой
Посвистывает птицами … Листвой
Играет ветер – всхлипы, вздохи, свисты –
Из каждой щели, дырочки живой,
Такая музыка, внезапно капля екнет,
С листа на листа, с листа на лист лиясь,
Ее и ловит тот, кто глубже вогнут,
И капля счастья с ним вступает в связь.

Но звук исчез в той заросли узорной,
Когда внезапно райские врата
Нам распахнулись! .. Там сиял озерный,
Слепящий свет – зеркальная плита,
Где плыли солнце, хлопья снежных лилий,
Желтки кувшинок, строфы облаков,
И, отражаясь, там шарами плыли
Кусты в овальной раме берегов.

Внезапность этой тишины и света
Слезами шла глазам наперерез.
И озеро, как рукопись завета,
Держало путь к себе, сойдя с небес.
Наш проводник поймал руками рыбку
И отпустил, ныряя в облака.
Прошло сто лет. Я превратилась в скрипку,
Цена старинной скрипки велика.

х х х

Не бывает напрасным прекрасное.
Не растут даже в черном году
Клен напрасный, и верба напрасная,
И напрасный цветок на пруду.

Невзирая на нечто ужасное,
Не текут даже в черной тени –
Волны, пенье, сиянье напрасное
И напрасные слезы и дни.

Выпадало нам самое разное,
Но ни разу и в черных веках –
Рожь напрасная, вечность напрасная
И напрасное млеко в сосках.

Дело ясное, ясное, ясное –
Здесь и больше нигде, никогда
Не бывает напрасным прекрасное!
Не с того ли так тянет сюда

Сила тайная, магия властная,
Звездный зов с берегов, облаков, —
Не бывает напрасным прекрасное! —
Ныне, присно, во веки веков …

Посадите дерево, пусть оно растёт.
Посадите дерево, пусть оно живёт.
Веточкой потянется к солнцу на восток
Тонкий и настойчивый дерева росток.
И леса зелёные дружно зашумят,
Бесконечно радуя человека взгляд.
Под пушистой кроною путник отдохнёт,
Птица голосистая песню пропоёт.
Здесь зверьё безгрешное дом себе найдёт,
В юной роще жемчугом ландыш зацветёт.
И в прохладу тихую, в трепетность листвы
Будут сказки мудрые лесом вплетены.
Посадите дерево: ведь легко понять,
Кто посадит дерево, тому и благодать.
Пусть заря небесная кущи освятит
И на жизнь прекрасную их благословит.

Белова Валентина

*****

Посадите дерево или лучше десять,
Не жалейте для рассады удобрений смеси.
Поливайте чаще, чтоб деревья пили,
Чтобы крепче, зеленей кроны у них были.
А вокруг деревьев цветов насадите,
А когда всё зацветет — радуйтесь, глядите.
Всё красиво сделано вашими руками,
Это чудо на Земле вы создали сами.

*****

Посадил дерево — следи за ним,
Проронил слово — выполняй его.
Ведь пройдут годы, и останется дым
От тебя и дерева, а слово — навечно.
Посадил дерево — тли берегись,
Опасайся людей, что тебя ломают;
Засохнет дерево — засохнет жизнь…
Грешные слова жизнь лишь оскверняют.

Касяк

*****

Посади дерево
Озелени все вокруг
Зеленые саженцы
Наш мир спасут

Деревья зелеными
Сразу не растут
За ними надо ухаживать
Они любят труд

Припев:
Приди, посади
И земле поклонись
Зеленые деревья
Пусть взлетают ввысь.

Поднимись, улыбнись
И вокруг осмотрись
Зеленые деревья
Уже взлетают ввысь

Это радость жизни
И наша гордость они
Зеленые легкие
Нашей земли!

Припев:
Приди, посади
И земле поклонись
Зеленые деревья
Пусть взлетают ввысь.

Посади дерево
Пусть все живут
Дыша свежим воздухом
Их радует зеленый луг

Дерево важное
Растение на земле
От него зависит
Чистый воздух во дворе

Припев:
Приди, посади
И земле поклонись
Зеленые деревья
Пусть взлетают ввысь.

Посади дерево
Мусор убери
Пусть земля дышит
Ты ей помоги

И в благодарность
За сделанный труд
На чистой земле
Пусть дети живут!

Айдар Айди

*****

Посади дерево. Какая маленькая веточка
И я по сравнению с ней — человечище.
Вот и несколько лет прошло
Теперь сверху вниз на меня взирает оно.
А еще через несколько лет —
Выше его, наверное, нет.
Кажется, будто неба коснутся его ветки как нить.
Не знаю, что может быть важнее,
Чем дерево посадить.

Деревья — самые добрые из тех, кого я знаю
Они не вредят, они просто растут.
Они тень для сна коров распространяют,
И птиц в ветвях своих собирают.
Они дают нам плоды и листья
И древисину для жилища.
И листья, чтоб на Хеллоуине зажигать,
А весной новые бутоны созерцать.
Они первые к лучам утреннего солнца касаются,
Когда новый день встречает рассвет.
А когда вечер в ночь превращается —
Они последние, кто провожает свет.
Когда по небу проплывает луна,
Они напевают колубельную для сна,
Вот и дети уже засыпают…
Деревья самые добрые из тех, кого я знаю.

Магеррамова Камила

*****

Много чего в жизни видел,
В разных побывал краях.
Может быть, кого обидел,
Потерпел и взлет и крах.

Врать, лукавить не умею,
Что имею — говорю.
На судьбу роптать не смею,
Что назначено — терплю.

Счастьем деньги не считаю,
Друга в горе не предам.
Я душевность уважаю,
Нищему всегда подам.

Знаю, никому не должен,
В этом мире суетнОм.
Посадил свои деревья,
И построил крепкий дом.

Сына вырастил достойно,
Мужество в него вселил.
Старость встречу я спокойно,
Что задумал — совершил!

Большедворский Александр

*****

Встают сады в родном моем краю
Вокруг полей зеленою стеною.
И тем горжусь, что в дружном их строю
Есть дерево, посаженное мною…
И хоть исчезнут ног моих следы,
Но не расстанусь с жизнью я земною;
Ведь в том саду, который даст плоды,
Есть дерево, посаженное мною.

Шариф Биккол

*****

Ты дерево сегодня посади,
Ухаживай за ним, люби, расти.
Весной оно прекрасным новым цветом расцветёт,
Подарит летом тень и от жары спасёт.
Весёлый гомон птиц в густой листве
Откликнется теплом в твоей душе.
Пройдут года и вёсен череда
И с внуком ты придёшь гулять сюда.
И в жизни круговерти, суете,
Оно отрадой станет и тебе и мне.

Ты дерево сегодня посадил —
Ты целый Мир сегодня сотворил!

Потоцкая Елена


Детские четверостишья и двустишья про деревья:
Л. Слуцкая
Нежная бормочет Ива:
«Я немножечко плаксива,
Но зачем во всяком случае
Называть меня плакучею?»
Загадки про деревья
Сошьем дерево
Поделки дереья с детьми
Раскраски с деревьями

«Я вовсе не завистница,-
Заявляет Лиственница:
Что под именем таким?
Это просто псевдоним.»
Можно гладить ветку Туи,
Уколоться не рискуя.
Шепчет Туя безмятежная:
«Я хоть хвойная, но нежная.»
Клён гордится: «Все дорожки
Глажу я своей ладошкой.
Даже к флагу, случай был,
Я ладошку приложил!»
Е. Ткач
Вербочки-близняшки,
Жёлтые рубашки,
Солнышки на ветке,
Листья — крошки-детки…
Ю. Алешин
Ствол стройный, тёмная кора,
Всё лето был зелёным он.
Пришла осенняя пора,
Одел наряд пурпурный клен.
Дуб корой покрыт шершавой.
Ель корой, как чешуёй.
У берёзоньки кудрявой
Ствол покрытый берестой.
О. Димакова
Стройная красавица
В хвою наряжается,
Летом жарким и в метель
Любит цвет зеленый ель
М. Мишакова
Ветер в поле на рассвете
Модницу-берёзку встретил.
Ветер дунул на берёзку —
И испортил ей причёску!
А. Гарьковенко
Круглый год зелёный,
На орехи щедр.
Царь лесных деревьев –
Уссурийский кедр.
Т. Крячко
Посмотрите сверху вниз,
Как ракета- кипарис.
Он взлетел бы, но всерьёз
Корешками в землю врос.
Ю. Алешин
В лесу закончилась метель,
И с лапы снег стряхнула ель.
М. Блинникова
Жёлтым цветом расцветает
и свистульки дарит детям
Кто акацию не знает
развесёлую на свете.
Белоснежна и красива.
Зелень нежная на диво.
Сок её весенний — слёзы.
Это дерево — берёза.
Словно дождик долговяз —
шелестит листвою вяз.
Этот плод нельзя на зуб —
жёлудь с ветки кинул дуб.
Не страшна зимой метель
вся в иголках это — ель.
Зелена,стройна и колка
в новый год приходит ёлка.
Так печально и красиво
над рекой склонилась ива.
В самого себя влюблён
раскрасавец яркий клён.
Завари цветков от гриппа,
их тебе подарит липа.
Трепеща листвою сильно
с ветром шепчется осина.
Шишки, мягкие иголки —
это пихта, а не ёлка.
Высока,стройна,могуча,
зелена сосна, колюча.
Всем в жару подарит тень
ароматная сирень.
Шубу летом нам даря
пухом сыплют тополя
Словно в кружевах танцуя
зеленеет вечно туя.
Расцветает в холода
по весне она всегда.
Аромат весёлый, нежный
у черёмух белоснежных.
Если горлышко болит
тут поможет эвкалипт.
Как высок он и прекрасен
этот стройный, милый ясень.
Из глухих таёжных недр
шлёт орешки мудрый кедр.
На ветвях её орешки
в тишине лесной растут
Этот маленький орешник
все лещиною зовут.
Ветки облепила лихо
янтарями облепиха.
Осенью алеет дивно
кистью красною рябина.
Вот красавица в серёжках,
млеет от тепла немножко.
Вы узнали? Ну конечно
это сладкая — черешня.
Ягодам в листве не скрыться
много их на шелковице.
Хрустким яблоком качая
осень яблоня встречает.
А. Лисица
Кто в тайге на шишки щедр?
Это наш сибирский кедр.
Как костёр горит у тына
В гроздьях красная рябина.
Распустила дева косы
Возле речки у откоса.
И подружкам всем на диво
Моет в речке кудри ива.
От них рябит в глазах до слёз,
Когда ты в роще средь берез.
Для избы и для колодца
Из него отличный сруб.
И боится расколоться
Лишь в грозу могучий дуб
Из цветов лечебный мёд
От ангины и от гриппа,
А в России весь народ
Обувала в лапти липа.

Рубрики: Сонник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *